Заметка для автобиографии.



Отчаянную самоотверженность чистой русской души я постиг еще в утробе матери. Моя дорогая родительница повезла созревающий и уже томимый теснотой плод своей любви к моему отцу - к моему отцу в военный городок в Заполярье. На всякий случай в моем паспорте вписано место рождения "г. Северодвинск Архангельской области", но в самом деле я увидел свет в городке с поэтическим названием Мурманск-150. Где-то среди запыленных фотоальбомов в родительском доме наверняка заложена и медалька, посвященная этому глобальному событию.



Будучи на значительное время оставлен вниманием пребывающего в постоянных автономках отца, путем длительных тренировок я приобрел свойственные мне упрямство, решительность и наличие собственного мнения по любому вопросу:

- Ромушка, может, чайку горяченького?

- Молочка холодненького!



Моя любовь к разного рода исследованиям ставила меня в течение юности в весьма неожиданные положения. Самым удивительным положением для меня остается положение "висеть на металлическом турнике во дворе с прилипшим к турнику языком". Самое решительное влияние оказало на меня упорство окружающих в вызволении меня из неожиданных положений. Оно определило во мне такие качества как вера во всеобщее братство, любовь к Родине и нелизание металла на морозе.



Впрочем, время показало, что всеобщее братство возможно только в небольших поселках, а любовь к Родине - безответное чувство.



Безответных чувств к женщине в моей жизни было два. Оба раза я не нашел в себе душевных сил признаться предмету обожания в своих волнениях. Один раз очевидно я в этом оказался прав. Поскольку заботливые друзья все вопросы разрешили за меня, о чем я не был предупрежден заранее - и сейчас об этом не переживаю. Другой раз чувства постепенно заглохли, а по прошествии нескольких лет, ознакомившись с предметом былой восторженности поближе, я смог ощутить, насколько они были глупы. Возможно именно в этот момент я впервые ощутил в себе мудрость.



Автор по сей день ощущает себя мудрым, что может свидетельствовать о юности души. Можно надеяться, что эта юность души не перейдет плавно в старческий маразм, поскольку старческий маразм может помешать автору ощущать себя мудрым.



Веру в счастливое будущее и национальную гордость автор почерпнул в детском саду во время редких, но очень насыщенных эмоциями пролетов авиамашин над городком. Самолет себе знай разрисовывает небо инверсионным следом - а автор внизу бегает в компании с товарищами по детсадовской площадке и с восторгом кричит "Ура-а-а! Ура-а-а!". Вопли автора в течение нескольких минут успешно достигали ушей пилота и он передавал на базу "Норка, Норка. Я Тушкан. Я, кажется, пересмотрел кинофильмов о войне и испытываю слуховые галлюцинации. Разрешите возвращение." База задумывалась и разрешала. Вертолеты очень шумны, поэтому автор сомневается в том, что пилоты вертолетов могли его услышать. Однако автор старался, в чем готов предоставить расписку.



В ранние школьные годы я был регулярно бит товарищами, отчего ощутил в себе самодостаточность. Особенно усердно воспитывал во мне самодостаточность некий сынишка директора школы. Впоследствии судьба нас развела, однако потом позволила нам свидеться в тренажерном зале, где автор в компании других массивных силачей регулярно совершал различные движения с отягощениями. В тот вечер я освоил прощение и понимание. Превосходство моей физической формы было столь очевидно, что старый знакомый вызвал только положительные эмоции в виде смеха. Теперь автор значительно похудел, осунулся и нарастил небольшой животик - поэтому с большим удовольствием отмутузил бы директорского сына в отместку за привитую самодостаточность.



Умение заботиться о ближнем я постиг еще до школы, когда мне довелось досрочно покинуть детский сад, чтобы ухаживать за маленькой сестренкой. Присущий сестренке аргумент в спорах в виде прыжков с топанием по полу воспитал во мне спокойствие и понимание женской натуры.



Этим списком душевные свойства автора не ограничиваются, посему он дает обещание в ближайшие 30-40 лет этот список дополнить и обновить.